Наша команда – Светлана Кравчук и Ольга Устюжанцева – завершила тихий, но, пожалуй, самый сложный этап работы: чистку и обработку собранного эмпирического материала, и его глубокий теоретический анализ.
Экспедиции в Пермский край и Вологодскую область остались позади. Дорожная романтика, овраги, топи и рёв моторов на слётах в Зюкайке и Вологде превратились в солидный массив данных: 45 глубинных интервью (более 40 часов аудиозаписей), 2671 фотографию и 82 видеозаписи. Чтобы преодолеть субъективизм личных впечатлений и уйти от простых «гаражных баек», мы перевели качественные этнографические нарративы в строгую расчетную сетку – матрицу кодирования, в которой 46 подробных кейсов реальных мастеров были закодированы по 62 аналитическим признакам (кодам) и подтверждены 918 прямыми цитатами информантов.
Эта кропотливая кабинетная работа позволила нам увидеть скрытую от глаз социальную и материальную динамику вездеходного сообщества. Вот ключевые аналитические обобщения, которые мы сделали для себя (и для науки) на этапе анализа данных:

- Самодельничество – это не разовый проект, а жизненная траектория (техническая биография). Мастера не просто создают одну удачную машину. Их практика – это непрерывный жизненный цикл: за одной конструкцией появляется следующая; испытание обнаруживает слабое место; поломка или неудобство в тайге приводят к переделке; новый опыт переносится в следующую машину. В этой логике испытание не следует за проектированием как отдельная стадия. Сама эксплуатация вездехода в экстремальной среде становится способом продолжать его проектировать.

- Нужда как стартер, творчество как аккумулятор. Объяснять любительское вездеходостроение только практической нуждой или бедностью неверно. Прагматический мотив (проехать за дровами, добраться до рыбалки в отсутствие дорог) действительно силен и часто объясняет, почему проект вообще начинается. Но именно глубокий творческий интерес (который математически оказался самым распространенным сильным кодом нашего корпуса — 39 кейсов из 46) объясняет, почему практика продолжается десятилетиями. Творческий азарт заставляет строить вторую, пятую или двадцатую машину, когда первоначальная бытовая задача уже давно решена.

- «Сделал сам» не означает «в одиночку». Мы обнаружили серьезное расхождение между декларируемым индивидуальным авторством и реальной организацией работы. Мастера искренне считают себя единоличными авторами вездеходов, но в проект регулярно встроены внешние источники знаний и компетенций: сосед-токарь, знакомый сварщик, советы коллег, профильные форумы (вроде легендарного lunohoda.net), паблики («Техника умельцев» в ВК) и чаты. Индивидуальное авторство вездеходчика всегда опирается на распределенные неформальные сети знаний.

- Экономика без крупного бизнеса. Граница между личным увлечением, неформальным заработком и производством в этой среде чрезвычайно подвижна и постоянно пересекается в обе стороны. Типичный сценарий «сделал для себя – продал предыдущую машину – попросили повторить – появились заказы» очень распространен. Однако продажа или расчет себестоимости еще не превращают мастера в предпринимателя в институциональном смысле. Оформленный бизнес и серийность выражены в корпусе данных значительно меньше, чем неформальные практики обмена и заработка.

- Феномен «коопетиции» (coopetition) как эволюционный драйвер. Вопреки законам классического рынка, где конкуренты изолируют свои разработки, в мире вездеходостроения действует более сложная логика – одновременная конкуренция и кооперация. С опорой на теорию игр мы обнаружили, что коммерческие производители вездеходов сознательно идут на кооперацию в определенных сферах: они открыто делятся чертежами, схемами и поставляют прямым конкурентам комплектующие (диски, шкивы, узлы перелома). Это не альтруизм, а стратегический выбор: создание единой технологической базы и стандартов развивает общую нишу и двигает всю отрасль вперед быстрее и эффективнее, чем это было бы возможно в условиях изоляции.

- Напряжение между универсальностью и «подходящестью». Изначальная ценность кустарной техники заключается в её точечной «подходящести» – способности быть идеально настроенной под уникальные микроусловия конкретной территории (вязкость косинских болот, профиль пермских оврагов или плотность снега). Но как только успешная самоделка превращается в серийный продукт, производители вынужденно уходят в сторону универсализации, чтобы расширить рынок сбыта. С точки зрения дизайн-исследователей, этот сдвиг является компромиссным «злом», так как он усредняет характеристики техники. В ответ на это покупатели серийных машин снова уходят в гаражи, кастомизируя технику и возвращая ей утраченную ландшафтную привязку.

На финишной прямой
В настоящий момент по согласованию с Фондом «Хамовники» мы завершаем финальную стилистическую доработку рукописи нашей книги «Народ-вездеход». Мы надеемся, что эта книга станет не просто отчетом по гранту, а честным, глубоким и важным документом о том, как устроена неформальная техническая жизнь современной российской провинции.

__________
Автор фото: Эльдар Ахмедов